#моя [не]идеальная жизнь - Софи Кинселла

– Ну я же сказала, что это очень редкая птица. Одна из самых редких. Итак, вперед?

Я делаю несколько шагов, но Деметра не следует за мной. Она пристально смотрит на меня, как будто видит в первый раз. О господи, неужели она что-то заподозрила? Не слишком ли далеко я зашла с этим большим хохлатым хвастуном?

– Вы всегда жили в деревне? – спрашивает она.

– Да! – Я смеюсь от облегчения, снова ощутив себя на безопасной почве. – Я родилась в фермерском доме, – добавляю я, усиливая акцент. – Мой папа покажет вам метки на стене в кухне: он годами отмечал, насколько я выросла. Тут мой дом.

– Понятно. – Деметра еще не совсем успокоилась, но она снова следует за мной.

– Вам нужно увидеть пруды, – бросаю я через плечо. – На прудах красивая живая природа. Сейчас мы направимся туда.

Их всегда называют «пруды», но на самом деле пруд всего один. Это очень большой, довольно глубокий пруд. А совсем рядом небольшая лужа – иногда это пруд, а иногда болото. В это время года – болото. Три фута грязи и тины, а сверху – ярко-зеленая ряска.

Именно туда и направляется Деметра, сама того не ведая. Я хочу, чтобы она была вся облеплена тиной и грязью и вопила от ярости. И тогда – последний штрих – я сфотографирую ее. Я уверена, что Флора с огромным удовольствием поделится этим снимком со всеми. У меня в кармане мобильник в полиэтиленовом мешочке. Я наготове. Единственная проблема – затащить Деметру в болото. Но я это сделаю, даже если мне придется нырнуть первой.

У меня учащается дыхание, в ушах стоит гул, и я вздрагиваю от каждого шороха деревьев. Словом, вся на нервах. Время от времени я спрашиваю себя: «Ты действительно хочешь это сделать? Не вернуться ли нам домой?»

Но потом мне видится Деметра, которая с самодовольной улыбкой набивает эсэмэску, высвистывая Алекса в ту самую минуту, как отбыл ее муж. Деметра, заставляющая меня красить ей корни… сующая мне в руки нарядные коробки от своих дизайнерских шмоток… ноющая, что светофор замедлил ее короткую поездку на работу… Деметра, пристально глядящая на меня в лифте в «Купер Клеммоу»… Она даже не могла вспомнить, уволила ли меня. Ну конечно, разве жизнь какого-то младшего сотрудника, сидящего в углу, имеет хоть какое-то значение?

А я-то еще ей сочувствовала! Ей не нужна моя жалость. Вы только на нее взгляните! Я смотрю на ее длинные ноги в дизайнерских резиновых сапогах. Какая у нее уверенная походка – типа «я босс». Если у нее и была минутная слабость, то это давно прошло, и я дура, что купилась. Потому что Деметра всегда искусно использовала других людей. Уехал муж? Вызовем вместо него любовника. Удалила важный мейл? Поручим секретарше все исправить. Каким-то образом Деметре всегда удается выйти сухой из воды.

Но только не сегодня.

– В Сомерсете изумительные птицы, – рассказываю я, ведя ее к прудам. – Здесь полно редких видов, так что, пока мы идем к прудам, вам нужно все время смотреть наверх. Смотрите вверх.

А не под ноги – на грязь и скользкое масло, разлитое здесь раньше.

Когда мы огибаем группу кустов, становятся видны пруды. Болото покрыто ярко-зеленой ряской, и у него какой-то опасный блеск. Тут никого нет. Все гламперы далеко – собирают грибы в Уорретон-Форест. Никто не знает дорогу сюда. Тишина вокруг нас какая-то мрачная и напряженная. Слышу только собственное тяжелое дыхание и звук наших шагов по сырой земле, которая полого спускается к болоту.

– Смотрите вверх! – продолжаю я призывать Деметру. – Вверх.

Вокруг нас теперь сильно заболоченная почва. И здесь очень скользко – даже без конопляного масла, которое было добавлено. Все о’кей, пока ты осторожен, пока идешь не слишком быстро и даже не думаешь бежать.

Вот почему я собираюсь заставить Деметру бежать.

– Вау! – взволнованно шепчу я. – Вы видите пегих зимородков? Их миллионы! Скорее! – Я как бы перехожу на бег, но очень осторожно переставляю ноги и сохраняю равновесие. – Вы идите первая. – Я поворачиваюсь и делаю великодушный жест, пропуская Деметру вперед. – Идите впереди меня. Но поспешите! Поспешите!

Как покупатель на распродаже в «Хэрродз», Деметра бежит на цыпочках, набирая скорость, и при этом смотрит вверх. Она не замечает, что сырая грязь переходит в пленку масла – пока ее ноги не начинают скользить. Теперь у нее нет никаких шансов. Ее несет к болоту, и она отчаянно размахивает руками.

– О господи! – восклицает она. – Боже!

– Осторожно! – бодро говорю я. – Становится скользко… Нет!

Я наблюдаю за ней с предельным вниманием, даже не позволяя себе моргнуть. Мне хочется как следует насладиться этим зрелищем. Я не хочу пропустить ни мгновенья. Деметра в панике размахивает руками… Деметра соскальзывает с берега… Деметра приходит в ужас, понимая, что сейчас произойдет…

Деметра падает в болото. Тут фута два твердой грязи и тины, и когда она шлепается туда, ей в лицо летят огромные брызги. У нее тина на голове и на щеках, а по плечу ползет какой-то жук.

Да, лучше и быть не могло! Только посмотрите на нее!

Деметра сразу же пытается встать на ноги, но это нелегко. Она несколько раз падает, прежде чем ей удается подняться. К этому времени она в самом центре болота, и получится идеальная фотография. Деметра промокла и вся облеплена грязью, и при этом у нее яростный вид.

– Помогите мне выбраться! – Она с негодованием машет мне рукой. – Я увязла!

– О боже! – отвечаю я и достаю мобильник.

Стараясь скрыть ликование, я делаю несколько снимков, потом осторожно возвращаю телефон в полиэтиленовый пакетик.

– Что вы делаете? – кричит Деметра.

– Иду вам на помощь, – успокаиваю я ее. – Знаете, с болотами нужно быть осторожной. Вы не должны спешить.

– Но вы же сами сказали, чтобы я поспешила! – взрывается Деметра. – Вы сказали: «Поспешите!»

– Неважно. Скоро вы будете в своей юрте. Пойдемте. – Я маню Деметру пальцем.

– Я увязла, – повторяет Деметра, с укором глядя на меня. – Мне не вытащить ноги из ила.

– Просто поднимите ногу. – Я изображаю, будто вытаскиваю ногу из болота, и Деметра повторяет мои движения. Но когда она вытаскивает ногу, на ней нет резинового сапога.

– Черт! – вскрикивает она, размахивая руками. – Мой сапог! Где же мой сапог?

Бог ты мой! Я чувствую себя матерью трехлетнего ребенка.

– Я его достану, – обещаю я и бреду по болоту к Деметре. Добравшись до нее, я ищу сапог в иле. Она между тем стоит на одной ноге, цепляясь за мою руку. – Вот он. – Я выуживаю потерянный сапог. – Идемте?

Поворачиваю к берегу, но Деметра не следует моему примеру.

– Почему вы сказали, чтобы я поспешила? – зловеще спрашивает она ровным голосом. – Вы хотели, чтобы я упала в болото?

Я чувствую слабый сигнал тревоги, но подавляю его. Она не сможет ничего доказать.